Репертуар

Татьяна Костицына
«Вестник УИ ЛПК», 04-03-2011

У ангела затекли крылья...

Елена Таксиди - примадонна усть-илимского Театра дра­мы и комедии. Большая актриса провинциального театра. Ну, чем не Островский с его трудными судьбами провинци­альных актрис, думалось мне, когда я собиралась идти к Елене на интервью. Что-то про то, как талант пробивается сквозь жизненные тернии, я и собиралась написать. Для пущей жалости добавила бы про не сыгранные, но заслу­женные талантом роли, о том, как режиссеры не видят в актере великое. Одним словом, все в соответствии с жан­ром жития несчастной актрисы.

Мне почему-то казалось, что в маленьком провинциальном те­атре актеры могут быть только несчастливыми. Как же я оши­балась..

Как-то так получилось, что весь разговор Елена мягко и неза­метно взяла в свои руки, и я с моим-то немалым опытом пошла туда, куда она меня повела. В Театр. Потому что о чем бы мы с ней ни говорили, все получалось про те­атр. Даже возраст.

Мне 40 лет. Целый год гото­вилась к сороковому дню рожде­ния и все равно оказалась не гото­ва к тому, что старше меня в теат­ре только Евгений Анатольевич (Пиндюрин - директор и главный режиссер театра, - авт.), что мой стаж в театре уже 25 лет, что дра­матурги почему-то ничего не пишут для сорокалетних женщин. Зато с каким удовольствием я сейчас иг­раю двадцатилетних девочек. Ведь я знаю все про 20 лет, а вот про 40 лет я пока ничего не знаю, - посе­товала на коварное время Лена.

В том, что она органична в ро­лях молодых девушек, нет ничего удивительного, потому что в ней самой ничего нет от 40 лет. Тон­кая, гибкая, живая. Огромные глаза горят ярче софитов. И никакой солидности, пафосности, статусности примадонны.

Дорога выбрала ее

Глядя на нее, совсем нетрудно представить ее в 1986 году, когда она девятиклассницей школы №10 пришла в тогда еще театральную студию.

Почему пришла? Наверное, если бы вы увидели афишу с на­званием спектакля «Люди, звери и бананы» вы бы тоже пришли. Толь­ко из-за названия...

Сейчас неважно, что это был за спектакль. Важно то, что из этой студии я уже не ушла. До студии были танцы, фигурное катание. Ой, чего только не было, но остался один театр, - простенько так и без ожидаемого драматизма поведала Лена про выбор пути.

-Да не я путь выбирала. Меня дорога выбрала, а я просто по ней пошла. Вначале в театре поразило то, что все было по-настоящему и одновременно все отличалось от повседневной жизни. Взрослые люди серьезно играли, обсуждали роли. А о чем они говорили, какие книги обсуждали, о чем спорили? Я же ничего не понимала. Мы в шко­ле Цветаеву не проходили, а про Лермонтова нам рассказывали только то, какая у него была ба­бушка. Много позже я вчиталась в Лермонтова. Вчиталась и поняла, что у меня на уроках литературы украли невыносимо прекрасный мир его поэзии, не дали тогда по­чувствовать высоту красоты... Но, с другой стороны, пусть позже, но это пришло ко мне. Так вот в студии я открывала для себя другую жизнь. Прямо скажу, что поняла я все это много-много позже. А тогда порха­ла что ли, ни о чем таком высоком не задумывалась. Так что дорога выбрала меня. И я по ней пошла. Потому что мне было интересно. Интересно было играть в массовке в спектакле «Сорок первый» по Лавреневу. Интересны были заня­тия по пластике и речи. Интересно было слушать что-то запретное про политику, а про нее много говори­ли в студии. Так вот как-то все и сложилось, - пожала плечами акт­риса Таксиди.

Как все непросто

Но меня категорически не уст­раивала такая простота в сложном вопросе выбора жизненного пути. Чувствовалось, что за этой просто­той что-то есть... Но что?

В школе я была глубокой тро­ечницей. И одна из причин была в том, что мне стыдно и страшно было отвечать перед классом. Даже если я готовилась и знала, о чем спра­шивает учитель, мне проще было сказать, что не готова. С одной стороны, в компаниях я была хохотуш­кой, могла развеселить кого угод­но, у меня были друзья, подруги. Но с другой стороны, я была абсо­лютно серенькая, средненькая во всем. Ни красоты, ни шарма. Да, звездой школы я никогда не была. Да и не стремилась к этому. Вер­нее, не задумывалась, - Лена чес­тно попыталась помочь мне разоб­раться в сложностях ее же обре­ченности на театр. И тут она про­говорилась:

-Сцена стала посредником между мной и жизнью. Почему-то на сцене я чувствовала себя сво­бодной, уверенной. Не сразу это пришло, но мне помогали мои стар­шие коллеги. Они рассказывали про роль, про человеческие чувства, про логику отношений. Моя первая большая роль - девочка-подросток в дипломном спектакле Евгения Анатольевича Пиндюрина «Стена» по пьесе польского драматурга Яна Теттера. Моя героиня восстает про­тив чрезмерной, удушающей люб­ви матери. Восстает страшно - всту­пает в нацистскую организацию. Действие происходит перед войной. Больше 20 лет прошло с того спек­такля, я не помню идеологическую суть, но помню, что каждое слово моей героини было мне близко. Мне было 17 лет, как и моей героине, я не играла, я просто была ею. И ее бунт был моим бунтом, - продол­жила Елена и тихо добавила, что родители не бывают на ее спектак­лях.

Артистка драмы. Есть такая профессия

И снова я споткнулась. Бунт в 17 лет - дело понятное. В этом воз­расте против родителей и коснос­ти бытия восстают все. Но все-таки что-то насторожило в повествова­нии актрисы. Какой-то надлом.

Родители всегда переживали за меня. Поэтому вопрос об обуче­нии в другом городе не стоял. Я должна была быть всегда рядом с мамой и папой. Ах, как я хотела уехать! Но сил и решимости для восстания в жизни не оказалось вообще. К тому же я быстро сми­рилась с необходимостью остать­ся в Усть-Илимске. Ведь здесь был театр, который уже стал моим те­атром. Так что никаких жертв - только театр, - Елена, набрав не­обходимую высоту, тут же ринулась вниз и рассказала, что поступила в Братский индустриальный институт (!?) на заочное отделение. По боль­шому счету, ей было все равно, те­атр-то никуда не делся. А в те­атре в это время случился «Фаол».

-Евгений Анатольевич снял с меня кожу, когда я готовила роль в этом спектакле. И вроде что-то по­лучалось, но по-настоящему я вош­ла в роль гораздо позже. Мы вози­ли спектакль на Вампиловский фе­стиваль. Играть его предстояло ут­ром, сцена была непривычная, все нервничали. И вот на этом нерве я вдруг поняла, что я делаю, я почувствовала как это надо делать. Все получилось. До сих пор люблю этот спектакль. Хотя он очень слож­ный, - снова Елена свернула со сво­ей истории на театр.

А тем временем с историей жизни все почему-то не складыва­лось. Чтобы поступить на заочное отделение в институт, надо было устроиться на работу. Устроилась, получила профессию электромонтера-обмотчика 3 разряда. Смеется, что «руки до сих пор помнят», как проводки в пазы двигателя ук­ладывать. Попробовала себя в раз­ных профессиях. Работала даже сторожем, пока студия не стала настоящим театром. И только тогда появилась в ее трудовой книж­ке запись - артистка драмы. Есть такая профессия...

Да здравствует жизнь!

25 лет на сцене устъ-илимского Театра драмы и комедии. Актри­са окончила Иркутское театральное училище. Работает, как говорится, «по профилю»... Но время летит, надо двигаться дальше. Сейчас Елена - студентка Восточно-Сибирской государственной академии культуры и искусств. Учится на ре­жиссера.

Мне нравится быть актрисой. У меня в профессии все хорошо сложилось. Я много играла и играю. Мне нравится процесс работы с режиссером. К тому же таким, как Пиндюрин. Он раскладывает роль, вводит актрису в другой образ, в другой мир, в другую жизнь. И ты не можешь ему не верить. Ты идешь за ним. И это истинное на­слаждение, это искусство. Поэтому не буду лукавить и говорить о том, что в режиссуру я решила пойти сама. Евгений Анатольевич поре­комендовал, а мне стало интерес­но. Кстати, до сих пор интересно учиться. Вот сейчас думаю, а вооб­ще я что-нибудь сама в жизни ре­шала? Нет, все-таки дорога выбра­ла меня, а жизнь за меня все ре­шила. Я не ропщу. Я наслаждаюсь такой жизнью. У меня подрастает четырехлетняя дочурка Маруся. А это уже другая сторона жиз­ни. Это новые ощущения, новые радости и огорчения. Так что, да здравствует жизнь! - жизне­утверждающим финальным ак­кордом Елена закруглила нашу беседу. Впрочем, ей давно пора было на репетицию. А все, что она сочла нужным, она сказала.

Вынуждена признаться, что впервые в своей практике я спра­шивала только то, на что у собе­седницы были готовы ответы. Со­вершенно непрофессионально с моей стороны, расстроилась было я. А потом подумала - ведь я впер­вые беседовала с настоящей акт­рисой, которую видела только на сцене. Я ей искренне верила в роли Эдит Пиаф, я продолжила с ней знакомство в «Венецианке», в дру­гих ролях. Я попалась на образы Таксиди. Я соотнесла все ее роли с ней и... Попалась! Потому что Еле­на Таксиди очень талантливая ак­триса и счастливый человек.

Одна сцена с Еленой Таксиди

Мы не говорили про счастье, мне почему-то показалось, что она счастлива. Наверное, потому, что она мечтает поставить «Макбет», сыграть в «Трамвае желаний». По­тому, что она завидует Валере Округину, который умеет играть на всех музыкальных инструментах и даже на обычных нитках. Она за­видует молодости и красоте моло­дых актрис. Завидует радостно и светло. Она наслаждается жизнью всегда.

26 марта в нашем театре со­стоится премьера спектакля «С любимыми не расставайтесь» Алек­сандра Володина. Пьеса известная, есть даже фильм с Абдуловым и Алферовой. Что смутило - это ан­гел, которого нет у Володина, но теперь будет у Пиндюрина. 

Елена Таксиди играет малень­кую роль несчастной женщины, которая пришла по объявлению о размене квартиры. Я нечаянно по­пала на репетицию как раз ее сце­ны. Раз за разом она повторяла текст. Вместе с режиссером Пиндю­риным искала нужный жест, точ­ное выражение глаз, поворот. Она то поднималась до надрыва, до надлома, то падала в неизбежность расставания со всеми: друзьями, близкими. И все это время рядом с ней был ангел, у которого... затек­ли крылья. Ведь это жизнь, это ТЕАТР!

Театр в соцсетях

Контакты

666681, Россия, Иркутская область

г. Усть-Илимск, пр. Мира, д. 36, а/я 1400

Тел./факс ( 39535) 5-33-04

E-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

подробнее